Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: day by day (список заголовков)
00:44 

05.02.12.

Sors immanis et inanis
Мы пили виски с колой, нашли минусы песен групп "Nickelback", "Nirvana" и "Black Eyed Peas" и пели вместе с Р. Мне приятно с ней. Думаю, можно сказать, что она мне нравиться. По крайней мере это обычно люди говорят друг про друга, когда испытывают чувство комфорта находясь рядом. Насколько я вообще могу испытывать чувство комфорта рядом с другим человеком.
А ещё у Р. прекрасный голос.
Потом мы пошли на кухню, а там Людмила мыла посуду.
Я почувствовал неясное желание приложиться головой обо что-нибудь или укусить свою руку.
Не понимаю, что я сделал не так. Я честно старался изо всех сил. Я готовил салаты, улыбался, разговаривал, несколько раз сказал "я люблю тебя", накладывал блюда, шутил (удачно), поздравлял с праздником и не убегал из-за стола в свою комнату (не представляете, чего мне это стоило). Мы с Р. пошли в комнату петь, но пригласили её, она только должна была уложить О.
Людмила добрая, она меня любит и заботится, мне хотелось сделать её немного счастливее. Но я как всегда всё испортил.
Я плохо разбираюсь во всех этих социальных вещах. Поэтому я вечно что-нибудь испоганю.
Людмила сказала, что всё хорошо, но я не верю.
Заперся в туалете, пишу это, меня немного рвёт.
Пол холодный.
А самое болезненное в этом то, что я не смогу понять, что же сделал не так.

@темы: Day by day, Black Clouds

23:35 

Уборка 05.02.12.

Sors immanis et inanis
Нужно признать, сам по себе этот процесс для меня небезынтересен, так как моя, к примеру, потребность в систематизации может быть удовлетворена через вышеозначенное действо. Но, боже, вкупе с социальными взаимодействиями она превращается в ад.
С детства наблюдая за поведенческими реакциями людей примерно равных мне по возрасту (несмотря на то, что никогда не был уверен в своей принадлежности к homo sapiens, да и психиатр говорил, что окружающие, и он в том числе, вряд ли являются представителями моего вида), я пришёл к выводу, что большинству из них неприятна процедура уборки и идеальный порядок, который они в основной своей массе воспринимают негативно и ассоциируют с "роботами". Пришлось смириться, как я мирился с детства с иными смешными человеческими недостатками, и приспособиться. Убирался я, во-первых, лишь с пинка Людмилы и Вячеслава, причём не с первого, как делали и остальные мои сверстники, и, во-вторых, довольно неряшливо (что стоило мне не одного порванного в фрустрации листка бумаги, множества сломанных карандашей и крайней степени раздражённости до, во время и некоторого времени после уборки). Я научился абстрагироваться, но более, конечно, помогало то, что мой "беспорядок" был строго систематизирован: книги лежали не в строгих стопках, но по алфавиту, две через одну, в шахматном порядке; у кружки было своё определённое место (там было намеренно оставлено пятно); чайные ложки лежали в специальных местах, которые были подобраны с учётом максимально комфортного положения, чтобы я мог не тянуться за ними, и они всегда были для меня в зоне мгновенной доступности; бутылки и банки располагались лишь рядом с лампой или по правую руку от меня; тарелки стояли лишь сверху книги по Древнеегипетской мифологии, распечаток с работами по философии и, уже позже, на сказке про белоснежную змею, которую мне написал мой психиатр (змей был новеньким в зоопарке и, чтобы не стать изгоем, вываливался в грязи, скрывая меловую с отливами шкурку от других, его всё равно считали немного странным, но общались, хотя и говорили про него за спиной нелицеприятные вещи. Однажды звери игрались и облили его водой, грязь сошла, и все увидели его белую чешую и перестали разговаривать с ним или стали издеваться. Потом он, правда, познакомился с ястребом, который полюбил змея именно за то, что он такой, какой есть. Happy end, сомневаюсь, что такое случается). Это стало одной из причин, почему меня жутко раздражало, если кто-то смел прикасаться к моим вещам или, не дай боже, переставлять их. После такого обычно следовали грубые и полные раздражения реплики, попытки отобрать своё имущество, хлопнувшая дверь, жуткая головная боль, трясущие руки, приступы самоагрессии, успокоительное и валидол. Хорошо, что Людмила и Вячеслав считали, что со мной ничего особенного не происходит, я просто раздражён, и в таком состоянии меня лучше оставить одного.
Но к теме. Когда в школе меня что-то особенно расстраивало, я начинал убираться. И под "убираться" я имею ввиду "наводить идеальный порядок, который ни Людмиле, ни Вячеславу даже не снился и который они точно навести не смогут". Так что за эти годы можно было понять, вашу мать, что если я соберусь сделать это, то я сделаю это безупречно? А сегодня я собрался сделать это в связи с Днём рождения Людмилы.
Как она не понимает, что нельзя сразу убирать маленькой насадкой пылесоса, да, она хорошо всасывает, но быстро засоряется, и нельзя такие большие пространства убирать ей, ведь обязательно пропустишь какой-нибудь пятачок пола? И у неё же маленький ребёнок, а как следствие куча разбросанных маленьких игрушек под кроватью. Нужно сначала подмести, убирая крупный мусор, потом пройтись крупной насадкой, а только потом уже маленькой. Как можно этого не осознавать? Да, мыть полы позволяется и один раз, но протирать зеркала надо как минимум два! И, господи, если убираешься, то ты должен отмыть плиту и подоконники!
Так вместо того, чтобы меня послушать, она давала указания! А после ещё смела критиковать мою работу! Вашу ж семью до пятого колена, я могу всё сделать безукоризненно, но дайте мне сделать это по-своему! Если я буду делать всё, как вы от меня требуете, то ничего не получится. Просто немного доверия: с моим подозрением в ананкастном расстройстве я просто не могу сделать что-то плохо, если я делаю это всерьёз. И если я не сделаю это лучше, чем вы, то точно не сделаю хуже, у меня ведь не получиться.
И, пожалуйста, не стоит лезть под руку. Я сделаю всё сам, вы будете только мешаться. Да, особенно когда говорите "ты делаешь всё не так" и отбираете у меня пылесос/тряпку/швабру. Просто дайте мне сделать, а потом уже выражайте свои претензии, коих, правда, я вас уверяю, не будет.
Я киваю, иду протирать зеркала один раз и, подводя итог, могу сказать только одно: "Рёбанный йот, господа и дамы!"

@темы: About, Day by day, What I hate about my life

20:00 

Sors immanis et inanis
Проспал до четырёх часов дня.
Не могу выспаться.
Постоянно хочется спать.
Пытаюсь представить D.: выцветшие тонкие губы, меловая кожа, длинные росчерки бровей, упрямый подбородок, пронзительные серые глаза с голубыми отблесками, но его лицо крошится, как песочное печенье.
Меня тошнит.

@темы: Day by day, Black Clouds

19:44 

02.02.12.

Sors immanis et inanis
Невролог настойчиво предложил лечь в больницу.
Вежливо отказался.
Седьмого МРТ.

@темы: Day by day

19:09 

30.01.12.

Sors immanis et inanis
D. не появляется.
Руки дрожат слишком сильно, не получается налить успокоительное и выдавить таблетки.
Улыбаюсь, смеюсь и делаю вид, что живу дальше.
30.01.12.

@темы: Day by day, Ugly

18:48 

28.01.12.

Sors immanis et inanis
- Только за сегодня ты потерял равновесие девять раз.
Я просто продолжаю мыть посуду.
- Ты же был у врачей. Не у Романа, у терапевта. Мог и сказать.
Я делаю воду горячее. У меня постоянно мёрзнут руки.
- Тебе нужна квалифицированная помощь.
Плечо отдаётся резкой болью, и D. разворачивает меня к себе лицом, жёстко встряхивает, поджимая губы и прищуриваясь, когда заглядывает мне в глаза.
Я вздрагиваю и поворачиваю голову, вглядываюсь в ярко-оранжевую кожуру мандарина рядом с мусорной корзиной.
- Ты же знаешь, я бываю достаточно рассеян и неловок, чтобы споткнуться или врезаться во что-то и не устоять на ногах.
Рука на моём плече сжимается сильнее, и я стискиваю зубы.
- Три раза из девяти ты стоял на месте.
Я сглатываю и молчу.
D. цепко хватает меня за подбородок и заставляет посмотреть на себя.
У него невероятно острые скулы: дотронься - и на твоих пальцах выступит кровь.
- Я просто устал, - выдыхаю я тихо, - И немного скачет давление. Тем более невролога уже назначили.
D. отпускает меня, стоит так несколько секунд, а потом отходит и разворачивается спиной. Он слишком худой, всегда был, и это кажется нездоровым, болезненным, ужасным, уродливым. Бритвенно-острые лопатки, похожие на обрубки крыльев, очерчиваются под дорогой тканью рубашки.
У меня кружится голова, и я оседаю на пол.
- Ты всю жизнь убегаешь, как убегаешь сейчас.
Мне хочется заткнуть уши.
- Трус.
28.01.12.

@темы: Day by day, Ugly

23:47 

26.01.12.

Sors immanis et inanis
Я не могу оторвать взгляд от девушки в электричке. У неё прекрасные рыжие волосы и глаза цвета шоколада, бархатные, без блеска, обволакивающие и тёплые.
D. следит за моим взглядом и гаденько ухмыляется.
- Ну, блесни.
Я говорю негромко, но мужчина напротив смотрит на меня подозрительно. Я одариваю его презрительным взглядом, одёргиваю манжеты и разворачиваюсь обратно к незнакомке.
- Красные глаза в сочетании со светлой полоской от кольца на безымянном пальце - короткий и несчастный брак. Умер? Нет, не сняла бы своё кольцо: люди сентиментальны. Расстались из-за обстоятельств? Нет, носила бы памятные вещи - ни фотографии, ни его кольца, ни чего-то иного у неё не имеется. Значит, он её бросил. Измена? Вероятнее всего, судя потому, какие она бросает взгляды на того молодого сударя с кольцом и девушку явно слишком юную, чтобы его иметь. Да, те, которые целуются. Наблюдательна, твой вкус. Разочарована в мужчинах, определённо: фотография в кошельке - она, её сестра и мать, отца нет, бросил их, иначе опять же - памятные вещи, а теперь ещё и муж оставил ради любовницы. В сумке распечатки слешных фанфиков на английском по White Collar, Suits и неизвестному нам фэндому. Не гомофобка, даже слешер - ты уже на полпути. Старый билет на Шерлока в кошельке - любит умных и эксцентричных. Книга по криминологии в сумке, Nirvana, The Exies и Канцлер Ги в плеере - определённо вы созданы друг для друга. Но я бы сказал, что она адвокат, а не следователь, судя по бумагам, которые она просматривала. И сапоги, следователи не ходят на таких каблуках, да у них и денег на Jimmy Choo. Обычно ездит на машине - я видел водительские права, - но понимает, что со своей рассеянностью не сможет вести машину сейчас. Рассудительна. Пианистка, присмотрись: уплощения на подушечках, ногти коротко подстрижены. Коты, два - любит животных. Левша. Любит чёрный кофе - пятнышко. Неровно накрашена, почти незаметно, но всё же, а ещё ты разговариваешь со мной и пялишься на неё, но она не обращает внимания. На мой взгляд, самая удобная стадия депрессии для знакомства, особенно учитывая твою необычность и её склонность к замене реальности.
Я хмыкаю.
- Не стоило даже надеяться, что ты заткнёшься хотя бы после своей смерти.
26.01.12.

@темы: Day by day

22:12 

25.01.12.

Sors immanis et inanis
- Мне постоянно звонит твой отец.
Я наливаю в бокал апельсиновый сок. D. отрывается от сборника со стихами Блока и смотрит на меня с тщательно скрываемым интересом. Опускает глаза в книгу, но не читает, одаривая меня быстрыми и осторожными взглядами, думая, что я не замечаю.
Я делаю глоток.
D. нервно барабанит по столу и притопывает, отстукивая ритм "Hoe-Down" Копленда.
Я делаю ещё один глоток.
Когда он был жив, эта сцена случалась у нас по нескольку раз на дню.
Я честно стараюсь не скалить зубы и не сверкать глазами излишне весело.
Он бросает на меня острые взгляды всё чаще, но не сдаётся.
Я попиваю сок.
D. молниеносно отбрасывает книгу в сторону, впивается в меня разъярённым взглядом, резко встаёт, задевая стол и замирает. Его ноздри раздуваются, челюсти плотно сжаты, руки в карманах нервно подрагивают, а глаза обещают мне долгую смерть в ужасных муках.
Я кидаю взгляд на часы. Шестнадцать минут, идёт на рекорд.
Сок - отвратный.
- И что он говорит? - пауза, - Садист.
Полная капитуляция противника. Эх, чуть-чуть не хватило до рекорда.
- Приглашает на семейный ужин. На обед. В театр. В музей. На встречу с его друзьями. В тир. На дачу к коллеге. В кино. В кафе. Посмотреть фильм на DVD. Научить "занимательному шифру". Пожить.
Он чуть заметно вздрагивает.
- Ты понравился ему ещё с самой первой встречи.
Мы молчим пару секунд.
- А что Джеймс?
- Тяжело. На грани депрессии, я думаю. Звонит часто. Приедет на следующей неделе.
- Как...
- Они с Джеймсом хотят добиться от меня переезда в Англию.
Цепкий взгляд. Кивок.
-Элизабет тоже приедет, но позже. Дети опережают в развитии сверстников. Она говорит, что они очень похожи на тебя.
D. грустно улыбается.
25.01.12

@темы: Day by day

21:09 

24.01.12

Sors immanis et inanis
- Ты идиот.
Я вздрагиваю, потом улыбаюсь и откладываю нож.
24.01.12.

@темы: Day by day

20:39 

21.01.12

Sors immanis et inanis
Резал кожу.
Туман отступил.
21.01.12

@темы: Day by day, Ugly

20:37 

20.01.12

Sors immanis et inanis
Туман
20.01.12.

@темы: Day by day, Black Clouds

20:36 

19.01.12.

Sors immanis et inanis
Туман.
Не могу решать задачи. Не могу долго сосредотачиваться на чём-то. Стараюсь ни с кем не говорить, потому что сказанное доходит до меня лишь через какое-то количество времени: не знаю какое, перестал ощущать и чувствовать его. Или вообще не доходит. Общаться не хочется. Боли. Боли всегда были, но сейчас невыносимы. Ничего не запоминаю. Постоянно хочу пить. Не могу есть: рвёт, рвёт ещё с девятого, но сейчас выворачивает даже желчью. Не могу ничего запомнить. Забываю слова. Забываю, что хотел сказать. Иногда перестаю понимать, что происходит и где я. Посреди действия не могу вспомнить, чем занимался. Выпадаю из реальности. Провалы в памяти. Ощущения такие, как тогда, когда я болел, и температура поднималась выше 39 и вызывали скорую.
D. не появляется.
19.01.12

@темы: Day by day, Ugly

20:02 

18.01.12.

Sors immanis et inanis
- Рисполепт перестал помогать.
Я напрягаюсь, я каменею, я весь - как струна, которую натянули слишком сильно, так сильно, что она начала звенеть, и я слышу этот звон у себя в ушах.
Секунду назад D. улыбался, смеялся и ныл попеременно, как бывало с ним всегда: переходы из состояния возбуждения к полной апатии и, что бывало нередко, мизантропии совершались в нём с какой-то сверхъестественной лёгкостью и молниеносностью, человеку несвойственной. Он чувствовал всегда лихорадочно, будто боясь не успеть пережить всего, что вообще в состоянии пережить человек, желая испробовать все возможные комбинации со всеми возможными составляющими и стремясь объять то, что никакое существо объять не в состоянии. Другой, менее моего знающий D. человек сказал бы, что это отпечаток той страшной болезни, которую он носил и которая в конце концов его погубила, но это являлось бы верхом непроницательности и близорукости.
Он таскался за мной подобно тени на расстоянии, которое любого человека, кроме меня, неимоверно бы раздражало, но, в силу своей привычки и характера наших взаимоотношений, я чувствовал лишь ненавязчивый уют от чудом не наступавших мне на пятки ног. D. периодически отставал, останавливаясь у каких-то вещей, хватая их с полок или просто внимательно рассматривая и иногда даже обнюхивая. Обернувшись (оттого, что переставал слышать за спиной изученную давно поступь), я видел то хмурые брови, то рассеянный интерес в глазах, то надутые губы, то сосредоточенно высунутый кончик языка, то нежность в печально приподнятых уголках бровей и "морщинках" в уголках глаз, а один раз даже увидел его ползающим по полу и маниакально что-то на этом полу высматривающего (что меня нисколько не смутило). Я шёл дальше, а уже через несколько мгновений изящная рука вцеплялась в мою футболку и тишину квартиры заполняла пулемётная очередь слов. Мой D.в такие моменты очень ярко раскрывал самую свою суть: великовозрастный, гениальный, странный, много переживший и недоверчивый, но всё же ребёнок.
Я делаю вдох и поворачиваю голову. Он стоит, скрестив на груди руки, серьёзный и холодный, и смотрит своими прозрачными, острыми, как льдинки, глазами. Он не хмурится, не кривит губ, не вцепляется нервно в плечи, но я угадываю во всём нём натянутость - подойди, дотронься, и бах! он взорвётся. Я опускаю чашку на столешницу, и весь мир - будто в замедленной съёмке, кажется, что я живу в каком-то дешёвом фильме с вызывающе безвкусными спецэффектами и отвратительно пошлым сюжетом. Работники над видеоэффектами подкручивают яркость - в глазах режет так, что тяжело дышать. Тишина затягивается, выкачивает весь воздух, всё становится полым, а я ощущаю невыносимую, болезненную лёгкость и перестаю ощущать своё тело. Тишина столь полная и звонкая, что у меня закладывает уши, она оглушает и пылает ослепляюще белым.
Ещё немного и из моих ушей потечёт кровь.
- Это даже немного лестно, что я спровоцировал у тебя рецидив.
- Твоя попытка выглядит жалко, - я ухмыляюсь жёстко, чёрство, холодно. Усмешка на его губах угасает, уголок рта нервно дёргается, но он твёрдо смотрит мне в глаза.
Мы молчим.
Он прикрывает глаза, пушистые ресницы отбрасывают длинные мазки тёмных теней на белоснежную до болезненности кожу. Считает до десяти, я сжимаю челюсти и ещё сильнее кривлю рот.
Шаг. Шаг. Шаг.
D. дотрагивается до моих рук, и я только сейчас замечаю, что вцепился в столешницу до побелевших костяшек. Меня бьёт крупная дрожь. Я почти не держусь на ногах.
Пальцы не слушаются, и он медленно разгибает их по одному. Усаживает меня на диван. Копошится, отсчитывая капли валерьянки. Задумывается, глядя на меня. Капает ещё и выдавливает капсулы "Персена".
Вся ирония в том, что я делаю это сам.
- Скажешь Роману?
Я улыбаюсь натужно и смотрю на точку в пространстве. Мир смазывается и сливается. У меня болят щёки.
Он подходит, и я замечаю это, лишь когда холодный край стакана касается моих губ. D. давит на подбородок открывая мне рот, вливает неприятно пахнущую жидкость, и я закашливаюсь и давлюсь отвратительным раствором, выплёвываю, но он лишь терпеливо задирает мою голову, продолжая отпаивать настойкой. Половина оказывается на его рубашке и моей футболке, но D. сфокусировано запихивает мне в рот таблетки, заставляет проглотить, вливая в меня уже чистую воду. Цепкой рукой впивается в мой подбородок ещё сильнее, заглядывает в рот, запихивает пальцы, проверяя, что я действительно всё принял. Я пытаюсь отпихнуть его руку, зажимаю рот, выпихиваю языком пальцы, стараюсь укусить, но он сейчас - воплощение хладнокровия и сосредоточенного спокойствия. Я ему только мешаю, он всё равно сделает это, только медленнее и болезненнее, но я в тот момент не понимаю этого. Я вообще ничего не понимаю.
D., наконец, убирает руку и идёт в умывальнику. Шумит вода, а я бессмысленно пялюсь на свои ладони.
Он уже делал это, когда... Два раза. Не то, чтобы я не делал подобного во время его аутичных истерик и приступов.
Я скалюсь. Тряпка. Найди в себе силы закончить. Когда был жив.
- Я не хочу снова проходить через это. Рисполепт, Зипрекса, Паксил, Людиомил и ещё восемь видов препаратов, название которых я не смог "случайно" увидеть или услышать. Вновь превратиться в "траву", стать неспособным к концентрации внимания, адекватным эмоциональным реакциям и осознанию действительности, ужасный тремор, страх, паранойя, бессонница, потом постоянная сонливость, лишение возможности думать и запоминать, жизнь в тумане, тревога, безвольность, несколько попыток суицида, плаксивость, IQ обезьянки, умение ответить на элементарные вопросы лишь с десятого-двенадцатого раза, апатия, полная потеря реакций на внешний мир, уход в себя, утрата разума, кормление с ложечки, Людмила, водящая в туалет, мне продолжать?
D. внимательно смотрит, но я не могу вернуть ему взгляд. Отворачиваюсь и запрокидываю голову, будто слёзы так затекут обратно.
Ничтожество.
- Это настоящая причина?
Его голос охрип и подрагивает, и на каждое слово этого короткого вопроса уходит бесконечно много времени, время растягивается на мили и километры. Мой D. выталкивает слова из груди с огромной болью, и они застревают у него поперёк глотки острыми кусками кости. В конце голос его всё же подводит, и окончание слова уже не слышится в пустоте квартиры.
Он уже произносил эти слова когда-то.
Я комкаю ткань футболки и не смотрю на него.
Тишина падает на нас и проламывает мой череп.
- Я не хочу тебя терять.
Мой голос выцветший, но твёрдый. Это повод для гордости.
- Ты меня уже потерял.
И я плачу, плачу, потому что до дрожи боюсь услышать свой же глухой, истеричный, безумный смех.
18.01.12

@темы: Day by day, Past, Ugly

22:18 

16.01.12

Sors immanis et inanis
Я по-прежнему делаю две чашки чая. Привычно замираю, отсчитывая четвёртую ложку сахара.
- Клади-клади, моему мозгу нужна глюкоза.
Глубокий голос знакомо растягивает гласные, приобретая капризные нотки скучающего гения. Тёмный, густой, мелодичный, о, господи, я не хочу произносить слово бархатный, баритон звучит так, будто ему тошно от этого унылого мира, звучит так, будто он обвиняет меня, что я не пляшу вокруг него с бубном, звучит так, будто он смертельно обижен на весь мир за то, что тот не вращается вокруг него. Звучит так, будто он не умирал.
Мне мстительно хочется высыпать ему в кружку пол-сахарницы.
Я кладу в чашку четвёртую ложку и помешиваю коричневую жидкость.
- Дай мне шоколадку.
Я отхлёбываю чай из своей кружки.
- И прекрати делать вид, что не слышишь.
Если сделать вид, что чего-то нет, может, оно исчезнет само?
- Не надейся. О, перестань, ты так очевиден, будто мысли написаны маркером у тебя на лице.
Тягучий баритон звучит так, будто это не моя галлюцинация.
Я прикладываю холодные пальцы к векам.
Моя улыбка выглядит жалкой.
16.01.12

@темы: Ugly, Day by day

21:19 

14.01.12.

Sors immanis et inanis
Я делаю две чашки чая.
Одна остывает на кухне, и я могу притвориться, что ты про неё забыл.

14.01.12

@темы: Day by day, Ugly

21:02 

13.01.12

Sors immanis et inanis
Закрывая глаза, я вижу сигарету в тонких пальцах. Огонёк тлеет в полутьме комнаты, и лучи, пробивающиеся сквозь тонкую щель между шторами, подсвечивают причудливые фигуры в которые складывается дым. Узоры похожие на иероглифы или иероглифы похожие на узор - я медленно втягиваю носом воздух, который пахнет вишней и шоколадом, чувствуя тот же вкус на своих губах. Пластыри на длинных пальцах, мозоли на подушечках, почти незаметные полосы шрамов на узкой ладони, следы ручки на белой коже - я приподнимаю уголки онемевших губ, останавливаю взгляд пустых глаз, "Нужно купить тебе блокнот", и мой голос хриплый, будто я не говорил месяцами. Плотная и густая тишина наполняет комнату благодатью. Я ощущаю тепло и пустоту, и я накачан ими, будто воздушный шарик. Мне кажется, словно в первый раз за много лет, что всё хорошо, и это ощущение льётся и звенит вокруг и внутри меня. Я не могу оторвать взгляд от чужих рук и думаю, что это, видимо, нирвана. Дым заполняет комнату, становится трудно дышать и невыносимо режет глаза, слёзы градом сыплются из глаз, но в моей голове по прежнему звонкая, желанная пустота. Лёгкие наполняются раскалённым свинцом, он выжигает и плавит мясо, окрашивает кости чёрным, боль пульсирует ослепляющим светом, я весь становлюсь болью и улыбаюсь, как безумный, спаянными губами, утопая в ощущении спокойствия, равновесия и счастья.
- Выдыхай, идиот!
Я открываю глаза и вижу темноту. Я захлёбываюсь кашлем, сизый дым болезненными толчками вырывается из лёгких, и я глотаю и давлюсь свежим воздухом, а сигарета тлеет на снегу прямо перед моим носом. И я понимаю, что стою на четвереньках на заднем дворе дома, чуть ли не воя от боли в груди и горле и сглатывая подступающую рвоту. Становится невыносимо смешно, но смеяться нестерпимо больно, хотя я и пробую несколько раз, но этот смех нельзя назвать никак, кроме как истеричным, и я ощущаю себя отвратительно жалким. А потом я падаю в снег, переворачиваюсь на спину и уже никак себя не ощущаю. Я слышал голос умершего человека. Но я слишком устал, чтобы думать или чувствовать хоть что-то.
У меня мокрые щёки.

13.01.12


Ты ведь хотел, чтобы я продолжил вести этот дневник вместо тебя. Видишь?

@темы: Day by day, Ugly

23:50 

R.I.P

Sors immanis et inanis
Я не могу сказать, что он был самым добрым, самым гуманным, самым мягким или нежным человеком. Иногда... часто, очень часто я сомневался был ли он человеком вообще.
Я не знаю, кем он был для мира. Был ли он сверхновой, очередным гением, цветком, созданным с какой-то миссией суперкомпьютером или просто точкой на страницах истории.
И я не знаю, кем он был для меня.
И не знаю, что бы случилось с ним, сложись всё иначе: стал бы он легендой, выдающимся врачом, светилом науки, светился бы на страницах журналов в разделе "Музыка", вошёл бы в учебники криминологии или бы умер в каком-нибудь грязном наркопритоне, не справившись с душившей его болью и безысходностью.
И я не знаю, что бы случилось с нами.
Но я точно знаю одно: ты был самым восхитительным, что могло произойти с миром. И со мной.
Ты не был идеальным, нет, ты был прекрасно, изумительно, головокружительно полон ужасающих недостатков.
И ты был самым лучшим. Чем бы ты не был.

Спасибо, что ты был, Дел.

Ludo mentis

главная