Delirium Tremens.
Sors immanis et inanis
Говорить, что смогу со временем пережить утрату, значит совершенно глупо, безбожно врать.
Я чувствую себя так, будто мне отрубили руки.
Меня никогда не спрашивали, что он думаю. Все спрашивали, что думаем "мы". И все его решения воспринимались, как наши общие. Я привык к этому: "Чего вы хотите?", "Почему вы так считаете?", "Зачем вам это?", "Что вы чувствуете?". И когда я говорил, что не знаю, что у него на уме, люди фыркали в ответ и бросали: "Не хочешь говорить - не надо" или "Прекрати издеваться".
D. тоже всё повторял "мы, мы, мы", будто нас по отдельности уже не существовало. А я вторил ему.
И действительно ощущал нас как нечто связанное, спаянное, неотделимое. И все другие ощущали нас так же.
Поэтому сейчас они все хотят, чтобы я прожил его жизнь и окончательно стал им. А они смогут слышать то же, что слышали от него, чувствовать те же эмоции, которые вызывал он, делать те же вещи, которые совершали с ним. Да ещё и исправить ошибки, которые совершили по отношению к нему.
Ирония заключается в том, что я - не D. И никогда не смогу стать им. Мне не хватить яркости. Мне не хватит гениальности. Мне не хватит... всего.
Хотя мне хочется этого до дрожи. Чтобы сохранить его так же, как я сохранил Ксандра, взяв в руки карандаш. Но D. был слишком ослепляющим, слишком восхитительным, слишком... Он весь состоял из слишком.
А я просто слишком больной урод.
И я не беру не одной его вещи. Хотя мне хочется взять сразу все.
Всё, что я могу сделать - просить прощение за собственную никчёмность.
27.01.12.

@темы: Ugly